Печать

 

 Страна  Должников

    В некотором Царстве, в некотором государстве жил-был царь - Василий Расточительный. Любил он пышные балы закатывать, причем вход на те балы был разрешен все желающим – будь ты хоть прачка, хоть землепашец. Лишь бы выглядел соответственно балу, а не своему занятию. Знамо дело, на бал попасть да на живого Царя посмотреть всем хочется, а денег и занять можно. Все и занимали. У того, у этого, друг у друга… Прозанимали огромные деньжищи, которых и за десять жизней не отдашь, не то что за одну. Даже поняли, что отдавать - жизни не хватит. Тут бы людям махнуть рукой да простить друг другу все долги, глядишь, и зажили бы счастливо. Но нет: решили вместо этого, что долг умершего продолжат отдавать его дети, долг детей – внуки, и так далее, пока не сменятся десять поколений (а у кого и все двадцать, скажу я вам).

   Давно это было. С тех пор не одна сотня лет прошла над Царством. Стало оно не Царство, а Суверенная Держава, о как. И царя-то уж давно не было - всё президенты да премьер-министры - а те долги, времен его Расточительного Величества, не сильно-то уменьшились. Вы, господа хорошие, сами подумайте: откуда у прачки лишняя денежка, чтобы долг с десятью нулями отдавать? Что заработает – проест; опять же, и детей кормить надобно. Пускай вся семья пояса потуже затянет, всё одно: много кредитору не отдадут. А уж потомкам той прачки даже и не ведомо, что за долг, и почему они каждый месяц чуть не ползарплаты по кредиторам расфукивают. Однако же, худо-бедно платят все. Традиция, святое дело.

    И вот однажды нашелся в той державе Ваня Прачкин. Обычный человек, как и все, обременённый фамильным долгом. Платил он его не сказать, чтобы исправно, больше рывками: месяц, два, три не платит – а потом устыдится и жах кредиторам всю зарплату! Сам на бобах сидит. Повторять такой фокус неохота, поэтому следующие три месяца Ваня от кредиторов хоронится, как мышь под веником. Надоело ему это хуже горькой редьки. Пошёл к другу своему, юристу. А тот засмеялся и говорит: «Знаешь, Ваня, по нашему законодательству долги умершего на его потомков не переходят. Так даже и при том царе было, с которого вся история началась. Так что у нас, считай, вся страна с ума сходит: выплачивают то, что не обязаны». У Вани, знамо дело, глаза на лоб: «Как это, - уточняет, - выходит, я никому и не должен ничего? И можно вовсе не платить?» Друг подтверждает, что да, юридически можно. Только сограждане, Ваня, тебя не поймут, заранее предупреждаю.

   К предупреждению насчет сограждан Ваня не прислушался. Наоборот – подумал, что все его благодарить станут, если он людей от долгов избавит. Написал статейку в одну газету, ее по недосмотру даже опубликовали. Что тут началось! Вся страна давай гневные письма в редакцию строчить, по телевидению два месяца только Ваню и обсуждали. Мол, гад, на святое замахнулся, пуси-райт какой-то. Нехороший человек, одним словом, как таких земля носит.

    Тяжело Ване пришлось: работу оставил, жильё сменил (хорошо хоть жена не ушла: любящая была, верная). Даже имя в итоге поменял и усы отрастил, чтобы на новую работу устроиться. Взяли, однако, парня. Месяц работает, два, полгода… ух ты, откуда денег-то столько? Умом Ваня понимает: это оттого, что больше долги не надо выплачивать, - а как полезет в кошель за деньгами, всё одно, удивляется.

Поначалу они с женой и не знали, куда такое богатство тратить. Совестно было себе купить что-то хорошее, когда вся страна из долгов не вылазит, с хлеба на воду перебивается. Потом ничего, пообвыклись. А что соседи у них за спиной всякое-разное говорят – так это по сравнению с прошлогодними ужасами вообще пустяком оказалось.

  Долго ли коротко, а денег у Вани прилично скопилось, и решил он открыть своё дело. С детства любил столярничать; собрался мебель производить и, если повезёт, не только на родине, а и в другие страны продавать. Пригласил друга-юриста, но у того своя компания была, он только советами помогать обещал. И первый совет был – найти знатоков дела. Столяров, там, художников, переводчика - чтобы с иностранными державами торговлю вести. Стал Ваня узнавать, кто в этих делах разбирается, о ком в городе хорошая слава идёт. Первым нашёл столяра-золотые руки. И оказалось, что это Ванин бывший кредитор. Засомневался Ваня поначалу, только дело-то важнее. Позвонил мастеру (Семёном его звали), встречу назначил. Тот его поначалу и не признал: имя другое, опять же, усы… Но Ваня быстро признался: дескать, я это, Семён Семёныч, будешь со мной работать? А у Семёна шибко туго с деньгами было – он и согласился.

Нашёл Ваня и других мастеров. Некоторых первый раз в жизни видел, а другие, как на подбор, его кредиторами оказались. Ну да Ване плевать, что он им когда-то должен считался: лишь бы дело свое знали да люди хорошие были. И странное дело: никто из этих бывших заимодавцев Васе счетов не предъявлял. Может, кто и собирался, да после пары месяцев совместной работы – как отрезало: Ваня-то, когда в должниках ходил, платил им сущие копейки, а тут они, благодаря ему, наконец-то хорошие деньги получили.

Много у каждого, правда, было и своих кредиторов. Но они, на Ваню глядючи, поговорили с теми серьёзно: должниками, мол, вашими себя больше не считаем, а коли охота совместным делом заняться, то милости просим к нам, внакладе не останетесь.

   Так оно и получилось. Не скажу, что во всей Суверенной Державе одним махом дела наладились – большая она, да и люди все разные – но со временем, глядишь, и это произойдёт.

  Опубликовано Байкальское профессиональное сообщество сказкотерапевтов "Байкальская сказка"

 Назад