Печать

- Ты что это, уныние подцепил, что ли?
- Я нет, я просто... строить больше ничего не хочу, что толку, всё уплыло...
- Уж больно симптомы у тебя на уныние похожи. Раньше ты работе радовался, а теперь что.
- Видно, я постарел - отозвался бобёр
- С прошлой недели? Ну уж нет. Если ты постарел, то и я тоже, а я не согласна. – Утвердительно сказала Бобриха и вытолкала мужа идти к Фее, совета просить.

Еле-еле доковылял унылый Бобёр до феиного домика. А там радостно так, птички поют, солнце светит, но не радостно Бобру что-то, видать и правда, унынием заразился. Приняла его весёлая Фея, внимательно выслушала про плотину и разруху и про силы, вложенные в строительство, а так же про невыносимую погоду и непонимание с женой, что вот, мол, вытолкала его мужика, от важного сидения перед окошком оторвала.

- Интересное дело, Бобёр. Уныние - это такой недуг, с которым чары мои не справятся.
- Да, значит, можно сидеть и унывать? - обрадовался даже где-то внутри Бобёр.
- Э нет, не твой это вариант. От уныния есть универсально средство - счастье. Но точного места на карте у этого источника нет. А подарю-ка я тебе свои волшебные башмаки. А ты отправляйся странствовать. Они тебя выведут на нужные тропы, а если совсем сложно станет и ноги идти перестанут, попроси помощи у дороги, по которой будешь идти.

И проводила Бобра в странствия, помахивая платочком на крылечке. Да, легко ей, фее говорить, а странствия - это же неимоверно сложно, да и как то счастье найдёшь, оно же неизвестно как выглядит. Но, делать нечего, вынесли башмаки нашего героя к неизвестной ему  широкой дороге, полной указателей, ни на одном "счастье" не значится.

 Ну, делать-то особо нечего, без счастья возвращаться нет смысла, пошёл по первой попавшейся табличке "Шляпы любой сложности в кратчайшее время" - вот кто про труд всё знает, подумал Бобёр. Пришёл к дверям магазинчика-мастерской, рядом на дереве кувыркался какой-то сумасшедший. Бобёр позвонил в звоночек. Ждёт.

- Никого нет, потехи-час. - неожиданно сказал висящий вверх ногами сумасшедший. Когда Бобёр повернул в его сторону голову и спросил "Какой-какой час?", тот ловко спрыгнул и надев кепку, широко улыбнулся:  "Потехи, - и добавил, нельзя же всё время работать, в самом деле!" Потом сумасшедший приблизился к бобру, словно ему нужно было что-то рассмотреть. И воскликнул:

- О, да у вас уныние, милейший! Вам непременно нужна какая-нибудь шляпа.

И он открыл дверь в магазинчик и Бобёр поразился  обилию шляп всех возможных форм и расцветок. И как столько помещается! Примерив несколько несуразных на себя, даже почти развеселился, но честно признался, что он простой работяга, по крайней мере, был им когда-то, и носить эти чудеса ему некуда.

- Да? Тогда возьмите зонт! -  не растерялся Шляпник и всучил гостю зонтик.
- Да, благодарю. - честно признался Бобёр. -  Вот только мне нужно найти счастье, но как - ума не приложу.
- Тогда приложите сердце - воодушевлённо сказал шляпник.
- А как это?
- Ну это же проще простого. – захохотав, Шляпник принялся рыться в ящике стола. – Вот! - он торжественно разжал ладонь и Бобёр увидел компас.
- Это чудесный компас. Он показывает, где то, что вам нужно в данный момент. Только вам нужно от всей души это попросить. Вам нужно счастье - компас укажет, где искать. Берите. Берите и не медлите.
- Но как просить?
- Найдите, где в вас добро и попросите оттуда.

Озадаченный Бобёр вышел с компасом. Ничего не понятно. Какое добро, как просить. А причём здесь счастье вообще и то, что у него нет сил восстанавливать плотину.
Эх, бесполезная встреча, подумалось Бобру. Хорошо, хоть на башмаки можно положиться. И пошёл, как шёл. Дошёл до тёмного леса. Самое время испугаться, да дорога больно хорошая, идти легко. И плутал по лесу долго-долго, белочек-трудяжек встретил, не знают, где счастье, мудрого филина спрашивал, тот только и повторил слова феи, что кроме бобра никто не скажет, где его счастье. Вот и дождь начался, холодно стало бобру, хорошо, что зонт взял. Надо быстрее счастье найти, сказал себе бобёр. Достал компас, зажмурился, а стрелка как крутилась, так и крутится. Пробегал мимо котик, и решил бобёр спросить, где добро находится. Рассмеялся мокрый котяра. И сказал: «Да в сердце же!».

 

Тогда остановилась стрелка, и Бобёр понял, что наконец-то сейчас  счастье своё найдёт, на радостях подарил промокшему коту  зонтик. И от того как обрадовался полосатый самому Бобру так хорошо стало, что стрелка ещё один поворот сделала и с дороги его потянула. Побежал Бобёр по ночному лесу, прямо к счастью. Замедлился, когда уже рассвело. Шёл путь вдоль реки, и увидел Бобёр, что пришёл он к своей развороченной плотине, и огоньку в домике. Зашёл мокрый, но счастливый. Обрадовалась ему Бобриха. Всю ночь же его ждала с вестями.
- Ну что помогла Фея-то тебе? – спросила, отпаивая мужа чаем с вареньем.
- Помогла, - ответил бобёр и улыбнулся.
Ближе к обеду проснулся, плотину вместе с женой поправили и Фее башмаки с компасом отнесли. Вирус уныния рядом с деятельным счастьем не уживается.

В начало

ТОЧКА ЗЛА

У одного короля была злая дочь. Злата. Точка зла.

С детства это была угрюмая, вечно недовольная всем девочка. Птички в её саду пели неправильные  песни, а в книжках были не те картинки, а уж мама с папой всегда были недостаточно хороши по самым разнообразным причинам. К 20 годам девочке кое-как удалось примириться с участью родиться в привилегированной семье, живущей в достатке  и славе мудрой и уравновешенной семьи. Правда, она всё делала для того, чтобы доказать, что она слегка не из этой породы. Сама она, когда её упрекали в злом нраве, надменно высказывала точку зрения, что является новой ветвью эволюции своего рода, что и так отец слишком мягок и мать на восхитительную снежную королеву не похожа. Разумеется, где это видано, чтобы королева вела хозяйство и интересовалась жизнью людей вокруг, да ещё дружила кое с кем с деревни, не делая никак различий по уровню звёздочек в роду.


 

Прислуга не любила девушку, в конечном итоге прислуживать ей осталось только старое мудрое дерево, как поговаривали, с камнем вместо сердца. Ну правильно, разве мог кто-то другой согласится на эту работу. И как раз в день 21-летия девушки дерево тихо скончалось, дожидаясь её с бала в её покоях.

Обнаружив своего законного слугу мёртвым, Злата не растерялась, а взяла нож и расковыряла сердцевину, желая посмотреть на каменное сердце. И, увидев, что камня нет, устроила грандиозный скандал, такой, что оставшиеся ночевать гости, проснулись, а король лично прибежал в халате на крик дочери. Среди щёпок растрёпанная принцесса кричала, что была обманута, у дерева нет сердца, а ей обещали каменное…

- Зачем тебе чьё-то, если у тебя самой каменное? – безучастно спросил отец, и не дожидаясь ответа, вышел.

 Казалось, во всём королевстве установилась гробовая тишина, и никогда прежде не случалось ночи страшней. Это было не просто дерево, оно начинало служить ещё у праотца короля. И он был очень опечален тем, что дочь его, так и не оценила жертву наставника, который был к ней приставлен, не почувствовала связь с родом и традициями семьи.

И на утро король принял трудное решение – отослать дочь пешим ходом к морю, учиться спокойствию у рыбаков, плетущих сети. Сказать, что Принцесса протестовала, всё равно, что промолчать. Случился очередной скандал. Под конвоем её вывели из города и оставили на дороге, снабдив картой. В знак протеста Злата кидалась  в уходящий конвой тапками, а когда они закончились, кинула картой, и когда на неё, наконец, обернулись, демонстративно свернула с дороги, побежав по тропинке, выкрикивая проклятия преследователям, которые вообще-то и не думали её преследовать. В замке конвой доложил о поведении принцессы и в качестве доказательства предоставили карту и походную обувь.

-  Ужас! - вскинула руки всегда спокойная королева. - Босая, без карты, она пропадёт.

- С таким характером и так пропадёт, только позже. Мы предложили, она отказалась. Отступать некуда. - вздохнул король, теперь от них ничего не зависело. И королевская чета вернулась к государственным вопросам, ожидая нескорых вестей от рыбаков.

Пройдя совсем немного по лесу, принцесса поняла, что без обувки неудобно будет до моря добираться. Вернулась на развилку, да только обуви там уже не было, как не было и карты.

 «Это моё королевство, кто-нибудь да придёт служить мне, - подумала принцесса, - а дороги непременно повернутся, чтобы я быстрее дошла до моря. - И со злостью она топнула ногой. – Ненавижу! Не пойду вашей дурацкой дорогой.» И она вернулась на тёмную тропинку.

Всё глубже в лес уходила Злата. Уже стемнело, а никаких помощников не наблюдалось. И вот угодила принцесса в паутину. Она мгновенно запуталась в гигантской сети, опутавшей казалось, всё вкруг – «Ненавистная паутина, сейчас же отпусти меня! - крикнула грозно девушка в темноту. Но бездушная паутина, почему-то не ответила. Из темноты послышался только глухой смех.

- Это кто тут у меня на ужин? – гигантская паучиха вышла к свету и принялась рассматривать принцессу.

- Эй ты, отпусти меня немедленно – повторила своё требование Злата.

- Ахахаха – рассмеялась Паучиха, - с чего бы мне отпускать свой ужин?

- А с того, что я принцесса этой страны

- В этом лесу нет королей, но счастье твоё, что я не гурман. Так и быть дам тебе фору. Расплетёшь мою паутину, пойдёшь куда шла, не расплетёшь – съем тебя, так и быть.

И начала потихоньку Злата распутывать паутину, ниточку за ниточкой, нити расширялись и снова сужались, образуя разные узоры, временами пугающие, временами прекрасные, а иногда настолько запутанные, что Злата опять начинала внутренне злиться. Набралось несколько клубков, и принцесса очень устала.

- Сдаёшься, точка Зла? – хихикала Паучиха.

- Нет – решительно отвечала принцесса, она вплетала зло в клубок паутины, и гнев в сердце превращался в упорство в этой трудной, казавшейся ей бессмысленной работе. И после этой трансформации работать становилось даже легче.

Через три дня работа была закончена. И довольная Паучиха, получив клубки своей паутины, удовлетворённо кивнула. Она выбрала один и протянула его принцессе.

- А теперь неси этот клубок к морю. Из него выйдет отличная сеть.

Уставшая девушка повиновалась, даже ничего не спросив, и тихо побрела с клубком в суме по заросшему лесу. Долго шла дальше по лесу, размышляя, какие сети можно сплести из такой тонкой паутины.

 Через некоторое время повстречался ей на пути плачущий заяц.  Плакал он так грустно, что Злата не смогла пройти мимо и остановилась спросить, что случилось.

- Меня выгнали из дома, - скулил Зайчик. - Я трусливый и необщительный, а все остальные мои братья и сёстры смелые и комуникабельныеее.

- Ну бывает. - сказала Злата и погладила зайку по голове. Она ведь тоже очень из своей семьи выбивалась. Вдруг внутри она ощутила какое-то незнакомое чувство. Неужели сочувствие? Да, это было оно, странное, но не чужое, просто до этого точке зла незнакомое.

- А ты что в нашем лесу делаешь? – спросил Зайчик, когда слёзы закончились.

- Я иду к морю, но, кажется, заблудилась. - неожиданно искренне ответила Злата. – Карты нет, дороги не знаю, я думала, дороги сами повернутся, чтобы я быстрее добралась. Но вот уже несколько дней иду и никак не дойду никуда.

- Это тебе к тётушке Черепахе надо. Она очень древняя и всё знает. Давай покажу тебе.

И они вдвоём пошли дальше в лес и пришли к болоту. Там, среди лягушек, рассуждала о былых днях тётушка Черепаха. Лягушки явно очень обрадовались новым лицам, это позволило им незамеченными ускользнуть из-за стола. А тётушка уже переключила всё внимание на новых гостей. И начала рассказывать. Её рассказ был очень длинный, не будем его приводить здесь, а то наша сказка никогда не закончится. Но она говорила и говорила, говорила и говорила, подливала чай и подсыпала плюшек в вазочку и говорила снова, что-то рассказывала, перескакивая с темы на тему. Но уставшие путники едва ли могли увлечься её рассказами.

Точка зла была готова уже перебить рассказчицу и даже, но Зайчик легонько пнул её под столом: в их лесу это не принято, надо ждать. И Злата смиренно слушала какую-то историю, начало которой давно безвозвратно уплыло по времени, а конец был вообще неведомо где. Ну что поделать, карту сама в стражу бросила, ничего не поделаешь, сиди теперь и жди.

Внезапно, тётушка Черепаха остановилась и участливо спросила:

- Ну, так что вас привело ко мне, мои юные друзья?

- Мне нужно к морю, - сказала Злата, - а дороги я не знаю. Я заблудилась, а Зайчик сказал, что вы мне можете помочь.

- Конечно помогу! – воскликнула Черепаха. – Только вот найду свои походные туфли… И зонтик… И компас, хотя зачем он мне…

И она принялась собираться так же долго, как до этого говорила. Злата уже начинала злиться, столько времени теряется, но смотрела на Зайчика. Он был потрясающе  спокоен.

- Почему бы нам её не поторопить? – шёпотом спросила она.

- Терпение. – только и ответил Зайчик. -  Терпение.

И вот все сборы были закончены. И все трое отправились на поиск дороги. Злата уже было приготовилась к не менее длинной дороге, в сопровождении рассказов древней тётушки, но, на удивление, из-за стволов деревьев довольно быстро заблестела водная гладь. Они в болоте сидели дольше, чем искали выход к морю.

Злата простилась со спутниками. И пошла к домику в рыболовном стане. Ноги тонули в песке, в волосах путался ветер, а с моря приветливо доносились крики чаек. Надо поскорее начать плести эти сети, кто бы мог подумать, что всё так затянется.  Неожиданно дверь распахнулась и принцесса увидела знакомую фигуру.

- Бабушка! Что ты здесь делаешь? 

- Как что? Живу я здесь вообще-то. Всю жизнь живу.

И они тепло поприветствовали друг друга. Злата узнала, что её королевская бабушка, оказывается, всю жизнь прожила у моря и сама ловила рыбу для королевского стола. Рано или поздно, все члены королевской семьи идут к морю через лес, в котором проходят обучение тому, чему по какой-то причине не успели научиться.

- А тебе какие уроки преподнесла дорога к морю? – спросила бабушка, когда они наблюдали вечером закат.

- Ну, я распутывала бесконечную паутину, хотя хотелось всё бросить…

- Упорство.

- Потом познакомилась с Зайчиком, который плакал. И он мне помог…

- Сопереживание.

-Ну, и бесконечные рассказы тётушки Черепахи…

- Терпение. Не плохой набор, - сказала бабушка, - и это ещё не всё, другие дары раскроются потом.

И они немного постояли, глядя вдаль, на бесконечно спокойное вечернее море, и наблюдая, как цвета на небе сменяют друг друга. 

- Ба, мне же теперь нужно как-то передать всем, что у меня не каменное сердце, что я изменилась. – Наконец сказала принцесса Злата. - Но… мне же не поверят.

- Поверят, - сказала бабушка с улыбкой. – Поверят.